Рыцари Тлена
Когда-то были благородными кавальерами и знатными всадниками, которые отчаялись, узрев, что все их усилия по отвоеванию Вла
Есть доля истины в том, что существуют зачумленные военачальники ещё более знаменитые чем даже я, адмирал Гнилобрюх. Иногда полезно знать своих соперников, знаете ли. Да, воистину они благословлены, заслуживают того или нет. Но лично я говорю, что эти сухофрукты не отличат киль от кормы. Пусть построят флот чумных галеонов, тогда посмотрим кто тут действительно могуч.
Всё начинается с Вечного источника, источника кристально чистой воды, благословлённого Алариэль, Вечной Королевой. Эта священная жидкость, по сути, представляет собой усиленную Аква Гиранис: один глоток и любая смертельная болезнь излечивается, любая рана заживает без шрама, а регулярный приём позволяет обрести своего рода бессмертие. Вечный источник это не просто возможность провести день в пятизвёздочном спа, но и важнейший источник жизненной энергии для Гирана, давший ему название.
Естественно, столь могущественный ресурс тщательно охранялся, и вокруг него была возведена крепость, известная как Нефритовое аббатство. Монашеский орден, населявший аббатство, подготовил секту воинов, чтобы помешать некоторым богам Хаоса, в первую очередь весёлому разносчику чумы, захватить его.
Люди приезжали со всего Гирана и даже издалека, чтобы посетить Нефритовое аббатство, хотя мало кому разрешалось войти в его священные залы, и ещё мень
"Пред ликом апокалипсиса, грозящего поглотить нас всех, некоторые перестают бороться. Они поддаются эгоистичному страху и в поисках спасения внемлют зову темноты. Они приходят к алтарям, увешанным колоколами, и к плетёным идолам, смердящим гнилью. Они облачаются в шкуры грязных паразитов, собирают погоревший урожай и опоганенные тушки всякого зверья и приносят их в жертву сущности, которую знают под именемДоброго короля Грызриха. Его венценосное великодушие справляет пир, коему не видно конца, празднество, где всем тем отступникам, что стекаются к нему на поклон, суждено стать кормом для скавенов. Но следуя путём такого самоуничижения они, однако, наделяют Рогатого силой. Так он пробирается во сны их, овладевает плотью их, и самое естество их коверкает по своему гадкому усмотрению."
Потому что время Четверки проходит-ушло. Наше время наступает. Мы теперь среди них, восседаем-главные в их Пантеоне Хаоса, сказал Читеркло, его демоническое дыхание дымилось, как ядовитый ветер.
Они презирали нас, заставляли нас прятаться-бояться в тенях. Они сами были полны страха, потому что знали, что мы их анафема.
Наши стаи убивают с неистовством, но без Ярости.
Мы строим планы не для Перемен, а для неизменного господства.
Мы оскверняем, не принося новой Жизни.
Мы потребляем без Радости.
Да-да, мы всегда были крысами, грызущими их животы, Боги Хаоса поймут об не меньше, чем сияющие человеко-твари, в эту новую эпоху. Мы будем использовать присягнувших Хаосу, а потои измельчим их до дтла вместе с остальными врагами. А затем мы будем скрежетать и пировать на их костях.
При жизни они клятвенно обещали служить только истине, во смерти прославляют некротопию Нагаша. Снова и снова они переписывают гнусную ложь о величии Зигмара и об освобождении Нагаша в Эпоху Мифа, а чистые страницы заполняют сведениями о победах Великого Некроманта. Они рисуют картину мира, которая по душе их хозяину, однако на том их обязанности не кончаются. Смертописцы это не только пропагандисты, но ещё и арбитры, что стоят на страже мрачных истин и всякого, кто смеет усомниться в Нагаше, подвергают смертельной цензуре. Узнав имя неугодного преступника, смертописец заносит его в учётную книгу, и душа оного отправляется в подземный мир отбывать вечное наказание. Лихие вояки, грезящие о пирах с почившими предками, объявляются в бескрайней тундре, всеми позабытые и никому не нужные, а охотников за мертвецами охватывает вечный паралич прямо посреди адских пустошей, заваленных смердящими, копошащимися трупами. При этом смертописец всегда может оборвать стол
С тех пор, как Аллариэль провела Обряд Жизни, по всем закоулкам вольных городов стали появляться необычные существа, известные как гаргойлианы. Гаргойлианы - химерные существа неопределенного происхождения, и существует множество теорий относительно их истинной природы.
Бессмертие оставляет много свободного времени. С тех пор как Ивия Волга получила поцелуй крови, она провела столетия, охотясь на самых свирепых хищников Владений смертных - занятие, которое нужно было отточить в преддверии Эры Зверя. Во время охоты ее верные летучие мыши - испили кровь многих магических существ, что наделило их удивительной способностью чуять лей-линии геомантической силы.
Узнав о колоссальном провале Радукара в Ульфенкарне во время одного из редких посещений конклава своего клана, Ивия предложила своё решение. Она будет использовать своих летучих мышей, чтобы выискивать узлы силы, на которых династия сможет заложить фундамент нового, еще более великого города смерти. Теперь армии Виркоса борются за основание своей новой столицы, а во главе их идет Ивия.
Живые корни огромных криводубов плотоядного Криволесья простираются глубоко под поверхностью. В этом удушливом подземном мраке дерево становится плотью, лужи пищеварительной кислоты подстерегают неосторожных искателей приключений, а в тенях копошатся отвратительные твари.
Еще ниже, за гнойными стенами из мяса, крутые склоны ведут к Wyrdhollow, следующий сеттинг для Warhammer Underworlds. Этот узловатый кошмар представляет собой клубок титанических корней, подвешенных над глоткой самого Гура, создающих сети пещер и переплетений, в которых могли бы разместиться целые поселения, и являющихся местом упокоения многих могущественных реликвий.
В Криволесье что в Гуре обнаружен Великий Смердорог гриб невероятных размеров и сбивающей с ног вонью. Для гротов эта грибковая аномалия не что иное, как живое божество. Из пещеристых земель Галлета на юге гроты стекаются, чтобы погреться в пронизанной спорами тени Смердорога. Некоторые гроты, убежденные, что они святые воины, защищающие воплощение Вечносыри, присоединяются к Чокнутому двору Гринкрака, особенно хитрого вождя гротов, чей боссов жезл, как говорят, наделяет поистине рыцарской смелостью даже самого трусливого грота, при условии, что сначала надо огреть им по башке.
Лорд-целестант Катиана Томайн из Рыцарей Превосходства ввязывается в войну с племенам Маски Ужаса в Ксинтиле.
У нее есть личный интерес: в прошлой жизни вражеский военачальник был ее сыном. В Эпоху Хаоса он стал одержимым и превратился в жутким вместилищем демонов. За несколько столетий Катиана трижды столкнулась со своим сыном, и всякий раз ее рука не поднималась, чтобы убить его. Всякий раз он наносил последний смертельный удар, и ее душа отправлялась на перековку.
На четвертый бой три Лорда-экзорциста все-таки смогли излечить демоничество ее сына, но в следующий же миг мать убивает своего сына разбив его голову молотом перековок стало так много, что она уже не помнила его лицо.
После Осады Эксельсиса раненный Гордракк отправляется со своим мордоворотом Большежубом в бездны Гаррентии, чтобы снова встретиться с Фангатраком, чья пасть это Врата Владений в Восьмиконечье.Он подчинил себе гурские паучьи кланы гротов, и с помощью их токсичной паутины арахнороков смог поймать и подчинить Богозверя.
Онидобровольно отказались от притворства человечности. Строясвои "замки" подземлей в Царстве Зверей, они жаждут крови самых больших и чудовищных животных в Гуре. Их армии состоят из различных выродков вампирической крови и различных чудовищ.
Мало того, что Авенгории извращены телом, но и их разум со временем становится все более и более безумным.